Ослабление каганата, растянувшееся уже на второе десятилетие, начало приносить Киеву неожиданный ресурс — отдельных хазар, покидавших слабеющую державу в поисках более надёжного места.
Купцы, ремесленники, порой мелкие чиновники хазарской администрации оседали в Киеве, принося с собой знания о степи, о восточной торговле, о самом устройстве угасающего каганата.
Массовым это явление не было — счёт шёл на отдельных людей, а не на переселение целых общин. Но каждый такой человек добавлял городу то, чего у него прежде не было, — прямое знакомство с миром, который сама Русь только начинала осваивать.
Держава, ещё недавно смотревшая на хазар как на далёкого соседа, начинала вбирать в себя людей, для которых Итиль был не легендой, а утраченным домом.