Пока Хазария слабела под двойным давлением Руси и печенегов, Волжская Булгария на среднем течении реки, напротив, укрепляла позиции — торговый узел между севером, мусульманским югом и степью рос год от года.
Булгарские купцы, десятилетиями знакомые новгородским торговцам, к 891 году представляли уже не разрозненные племенные союзы, а более организованную силу — с собственными городами, растущим богатством от транзитной торговли.
Прямого соперничества с Русью это соседство не порождало — Волга оставалась пространством торговли, а не войны, в отличие от беспокойного Днепра.
Крепнущий сосед на востоке был для Руси не угрозой, а зеркалом — примером того, во что превращается земля, разбогатевшая на удачном расположении вдоль большой реки.