Игорю в 891 году исполнилось четырнадцать. Впервые его начали приглашать не просто присутствовать при дворе, а стоять рядом с Олегом во время приёма послов — гостей из Смоленска, Новгорода, возможно, и более дальних земель.
Роли в самих переговорах наследник не играл — говорил и решал Олег. Но само присутствие взрослеющего Игоря рядом с регентом было частью того же расчёта, что и захват Киева девять лет назад: власть, законность которой держится на его имени, должна была регулярно напоминать о себе живым присутствием.
Игорь слушал больше, чем говорил, — учился тому, как строится разговор равных, как взвешиваются слова перед чужаками.
Наследник переставал быть только символом. Он понемногу становился свидетелем ремесла, которым однажды предстояло овладеть самому.