Игорю в 888 году исполнилось одиннадцать — возраст, когда к военной науке присоединилась и другая, необычная для варяжского двора вещь: обучение грамоте.
Учителем стал, вероятнее всего, кто-то из христианской общины Киева — наследия ещё аскольдовых времён, сохранившейся в городе после смены власти. Греческое письмо, знакомое киевскому духовенству, было единственной систематической грамотой, доступной при дворе того времени.
Для языческого правителя обучение письму не было обязательным делом — большинство решений и договоров держались на слове и памяти, а не на пергаменте. Но растущие связи с Константинополем делали такое знание небесполезным для будущего князя.
Игорь осваивал незнакомые знаки медленно, как любой ученик, — но сам факт, что наследник варяжского рода учился читать, был тихим свидетельством того, насколько изменился Киев со времён простого языческого торгового города.