Северяне платили дань Хазарскому каганату — отношения, тянувшиеся ещё с тех времён, когда хазарская власть простиралась широко и уверенно над славянскими землями лесостепи. К 884 году эта власть давно перестала быть тем, чем была прежде.
Каганат, ослабленный печенежским натиском и внутренним упадком, всё хуже справлялся с ролью покровителя — той, что некогда оправдывала саму выплату дани. Северяне платили по инерции, а не потому что зависимость приносила им реальную защиту.
Соседство с растущей Русью, только что подчинившей древлян, ставило северян перед вопросом, который прежде не возникал так остро: продолжать платит
884 год застал северян между двумя силами — одной, дряхлеющей у них за спиной, и другой, набирающей мощь у самого порога.