В сентябре 883 года византийское войско под командованием Стиппиота численностью около ста тысяч человек двинулось к Тарсу, где сосредотачивались силы сирийских арабов.
За этим походом стояла константинопольская интрига. Прежний стратиг пограничных войск, патрикий Андрей — опытный военачальник, хорошо знавший киликийский театр военных действий, — был отстранён от командования по навету придворных. Одни обвиняли его в том, что он не отнял у арабов Тарс, другие клеветали императору Василию I, будто Андрей поддерживает партию царевича Льва. Малоизвестный Стиппиот получил армию, которой не умел распорядиться.
14 сентября ночью Язаман — евнух, командовавший арабскими силами у Тарса, — напал на византийский стан и нанёс грекам страшное поражение.
Язаман выбрал момент точно: ночная атака на лагерь армии, которой командовал человек без боевого опыта. Сто тысяч воинов не спасли от разгрома, когда у них не было полководца.
Константинополь получил катастрофу вместо победы — и заплатил за неё не мечом врага, а собственным решением убрать того, кто умел воевать, в пользу того, кто умел держаться при дворе.