Русь в 881 году

881 год ощущался ровным — настолько ровным, что сама эта ровность начинала казаться подозрительной тем, кто умел замечать такие вещи. Два двора, два порядка, одна река между ними — привычная картина, знакомая уже второе десятилетие.

Но под этой поверхностью копилось то, чему пока не было названия. Дружина Олега росла без видимой цели — сила, которую рано или поздно потребуется куда-то направить. Юг жил в постоянном напряжении от печенежской угрозы, и это напряжение не находило разрядки — только откладывалось на потом.

Старики в дружине, помнившие ещё Рюрика, порой говорили о том, что земля слишком долго живёт раздельно для одной реки, одного пути, одной судьбы. Молодые не понимали, о чём речь, — им казалось, что так было и будет всегда.

Время имеет свойство копить напряжение незаметно, год за годом, пока однажды не находится повод его высвободить. 881-й был именно таким годом — годом, когда буря ещё не началась, но воздух уже стал другим.