Печенеги: угроза остаётся нерешённой

Смена власти в Новгороде никак не затронула днепровскую степь — печенежская угроза оставалась ровно там же, где была год назад: нерешённой, изматывающей, лишённой ни военного, ни дипломатического разрешения.

Аскольд продолжал держаться тактики, выработанной за предыдущие годы, — усиленная охрана караванов, разведка, союз с остатками хазарской администрации ради своевременных сведений о передвижениях степняков. Попытка военного ответа, обсуждавшаяся ещё в 877 году, так и осталась нереализованной — риск для дружины по-прежнему перевешивал возможную выгоду.

Для Олега на севере печенежская проблема оставалась делом далёкого юга — прямого отношения к Новгороду она не имела, но косвенно влияла на весь путь «из варяг в греки», а значит, и на торговые доходы, кормившие обе части Руси.

879 год не принёс ни перелома, ни катастрофы в отношениях со степью — только подтверждение того, что печенеги оставаются постоянным, неразрешённым условием, с которым южной Руси предстоит жить и дальше, без готового ответа на вопрос, что делать с этой угрозой.