В 874 году Мефодий вернулся в Моравию — на этот раз не как подозреваемый чужак, а как архиепископ, чьё положение наконец защищал не только Рим, но и сам Святополк.
Путь сюда был долгим. Освобождённый годом ранее по требованию папы Иоанна VIII из баварского плена, Мефодий формально сохранил архиепископский сан, но с ограничением — славянская литургия временно была под запретом, уступка давлению латинского духовенства. Теперь, когда Святополк подписал мир с Людовиком Немецким в Форххайме и франкская угроза отступила, у архиепископа появилась реальная, а не только бумажная защита.
«Житие Мефодия» описывает решение моравского князя без оговорок: Святополк и весь моравский народ доверили ему все церкви и духовенство во всех городах княжества. Это было не вежливым приёмом возвращающегося гостя, а полноценным восстановлением церковной власти, которой добивался ещё Растислав пятнадцать лет назад, впервые отправляя послов в Константинополь.
Франкское духовенство Зальцбурга и Пассау, столько лет считавшее Моравию своей канонической территорией, теряло последний предлог для притязаний — Святополк, в отличие от своего предшественника, держал церковный вопрос полностью в собственных руках, не оставляя места для вмешательства соседних епархий.
Архиепископ возвращался не к временной миссии, а к делу, которое теперь опиралось на власть собственного государя, а не только на благосклонность далёкого папы.