Около 874 года Ингольфюр Арнарсон ступил на берег бухты, которую назовёт Рейкьявик — Дымящаяся бухта, — и стал первым норвежцем, прибывшим в Исландию не на разведку, а навсегда.
Причина отъезда была кровной в буквальном смысле. На родине, в Норвегии, Ингольфюр и его сводный брат Хьёрлейв оказались втянуты в распрю, убив сыновей влиятельного ярла, — расплатой стала потеря всех земельных владений. Земля, прежде найденная Гардаром и Флоки, манила тех, кому в Норвегии уже было нечего терять.
По преданию, Ингольфюр сохранил языческий обряд даже в изгнании: подплывая к берегу, он бросил в море резные столбы своего почётного сидения — символ власти вождя — и поклялся обосноваться там, куда их прибьёт волной. Слуги-ирландцы искали столбы вдоль побережья два года, прежде чем нашли их в бухте, дымящейся горячими источниками.
Прежде чем Ингольфюр нашёл своё место, случилась трагедия. Хьёрлейв, оставшийся зимовать на другом мысе, был убит собственными ирландскими рабами. Ингольфюр выследил убийц на островах у южного побережья и отомстил — с тех пор эти острова называют Вестманнаэйяр, Острова Западных Людей, как скандинавы называли ирландцев.
Земля, прежде известная лишь по слухам и коротким зимовкам случайных мореходов, получала первого хозяина, пришедшего сюда не за добычей и не проездом — а навсегда. Дымящаяся бухта, выбранная не им, а волей брошенных в море столбов, становилась домом человека, которому в Норвегии было больше нечего терять.