Русь и слухи о Великой Моравии

После свержения Ростислава в 870 году Великоморавский проект, на который ещё недавно делали ставку и Рим, и Константинополь, постепенно терял силу. Святополк, занявший престол, вёл куда более компромиссную политику с франками — и церковный курс, заданный его предшественником, медленно растворялся в более привычном для запада латинском порядке.

Слухи об этом доходили до Руси отрывочно — через торговые контакты, через варягов, бывавших в землях, граничивших с Моравией, через рассказы купцов, ходивших по балтийским и волжским маршрутам. Прямой связи между Киевом или Новгородом и Великой Моравией не существовало — расстояние и разные торговые орбиты разделяли их слишком сильно.

Тем не менее угасание моравского проекта имело значение для будущего, о котором в 873 году никто на Руси даже не подозревал. Славянская азбука, созданная Кириллом, и переводы Евангелия, выполненные братьями вместе с учениками, не исчезли вместе с политическим упадком Моравии — они нашли новый дом в Болгарии, куда переместились ученики братьев после моравских неудач.

Аскольд и Рюрик в 873 году не имели причин интересоваться судьбой далёкого западнославянского княжества. Их собственные заботы — печенеги у порогов, торговля с Константинополем, вопрос наследства на севере — занимали всё внимание.

Но именно через Болгарию, а не через прямой контакт с Моравией, славянская письменность доберётся однажды и до Руси — спустя десятилетия, через путь, который в 873 году ещё никто не мог предвидеть.