К 871 году Рюрик правил севером девятый год — и думал не столько о расширении, сколько об устойчивости того, что уже построено. Дружина была главным инструментом этой устойчивости, и её состояние требовало постоянного внимания.
Варяжская дружина в этот период — не просто военная сила, а основа всей административной системы. Те же люди, что собирали полюдье осенью, обеспечивали безопасность торговых караванов летом и держали в покое подвластные племена круглый год. Слабая дружина означала слабую власть на всех уровнях одновременно.
Приток новых людей с Балтики продолжался — варяги шли на восток за тем же, за чем шёл когда-то Рюрик: за возможностями, которых не было дома. Новгород к этому времени был достаточно известен в скандинавском мире, чтобы привлекать искателей удачи самостоятельно, без специального набора.
Укрепление дружины означало не только численность, но и качество связей внутри неё. Рюрик нуждался в людях, чья лояльность была проверена, а не только куплена.
Север в 871 году готовился не к войне — к долгосрочной устойчивости. Сила, которая способна защитить и удержать, ценнее силы, способной завоёвывать. Рюрик выбирал первое.