Кёльн горел в 862 году — датские викинги разграбили архиепископский город на Рейне с той лёгкостью, которая к этому времени стала нормой, а не исключением.
Рейн был для датчан не границей, а дорогой. Плоскодонные суда заходили вглубь Франкского королевства по рекам, которые каролингские стратеги никогда не рассматривали как уязвимость. Фризское побережье и устья великих рек давно находились в датской орбите — набеги вверх по Рейну, Маасу и Шельде стали сезонной практикой ещё с 830-х годов.
862-й — момент особой франкской слабости. Людовик Немецкий и Карл Лысый воевали друг с другом за наследство деда, региональные графы действовали самостоятельно, единой системы береговой обороны не существовало. Викинги безошибочно чувствовали, когда государство отвлечено внутренними делами.
Кёльн был целью значимой: архиепископская резиденция, крупный торговый узел, один из немногих городов Северной Европы с римскими стенами. Взять его означало не просто набрать добычу, но и унизить церковь и власть одновременно.
Ответа не последовало. Именно это молчание в ответ на удар красноречивее любых хроник описывает состояние Каролингской империи в 860-е годы: держава ещё существовала на картах, но защищать свои города уже разучилась.