5 октября 2017 года The New York Times опубликовала расследование о десятилетиях сексуальных домогательств продюсера Харви Вайнштейна. Журналистки Джоди Кантор и Меган Туи на основе интервью с актрисами и сотрудницами компании Вайнштейна документально подтвердили систему злоупотреблений, о которой в Голливуде шептались годами, но никто не решался озвучить публично.
Через несколько дней The New Yorker опубликовал собственное расследование Ронана Фэрроу — с более тяжёлыми обвинениями, включая случаи, которые сами потерпевшие классифицировали как изнасилование. Десятки женщин, включая известных актрис — Гвинет Пэлтроу, Анджелину Джоли, Эшли Джадд — публично подтвердили обвинения.
15 октября актриса Алисса Милано написала в Twitter призыв: женщины, пережившие домогательства или насилие, могут написать «Me Too» в ответ на её пост — чтобы показать масштаб проблемы. Фраза существовала с 2006 года, её придумала активистка Тарана Бёрк для поддержки темнокожих жертв насилия. Твит Милано сделал её глобальным хэштегом за одну ночь — миллионы откликов за сутки.
Вайнштейн был немедленно уволен из собственной компании. Движение #MeToo быстро вышло за пределы Голливуда — обвинения последовали против политиков, журналистов, музыкантов, технологических руководителей в десятках стран.
Расследование о Вайнштейне разрушило систему молчания, которая держалась десятилетиями на страхе, угрозах карьерой и соглашениях о неразглашении. То, что годами было «открытым секретом», превратилось в общественное обвинение — и индустрия, построенная на власти немногих над многими, впервые за долгое время оказалась перед счётом.