29 июня 2014 года группировка, ранее известная как «Исламское государство Ирака и Леванта», провозгласила создание халифата на захваченных территориях Сирии и Ирака — Абу Бакр аль-Багдади объявил себя халифом всех мусульман мира, призвав верующих повсюду присягнуть новому государству.
Провозглашение последовало за стремительным военным наступлением, начавшимся в начале июня. 10 июня боевики ИГИЛ захватили Мосул — второй по величине город Ирака с населением около двух миллионов человек — практически без боя: иракская армия, обученная и вооружённая США, массово дезертировала перед значительно меньшими по численности силами джихадистов. За несколько дней группировка взяла под контроль обширные территории на севере и западе Ирака, захватив военную технику, оружие и значительные финансовые резервы из захваченных банков.
ИГИЛ выросло из остатков «Аль-Каиды в Ираке» и воспользовалось хаосом сирийской гражданской войны для расширения собственной территории, контролируя в пиковый период земли с населением около 8 миллионов человек — от иракского Мосула до сирийской Ракки, провозглашённой столицей халифата.
Управление захваченными территориями отличалось крайней жестокостью: публичные казни, порабощение религиозных меньшинств — особенно курдов-езидов, разрушение древних памятников, объявленных идолопоклонническими, введение средневековых правовых норм. Видео казней заложников, включая западных журналистов, распространялись в пропагандистских целях и вызвали глобальный резонанс.
Стремительность захвата территорий застала врасплох как региональные правительства, так и западных союзников, годами фокусировавшихся на «Аль-Каиде» как главной террористической угрозе. ИГИЛ предложило принципиально иную модель — не подпольную сеть, а территориальное государство с претензией на религиозную легитимность для миллионов мусульман по всему миру.
Провозглашение халифата обозначило новую фазу ближневосточного хаоса — той, что потребует международной коалиции и нескольких лет военных действий для отвоевания захваченных территорий.