Вступление в силу антипиратского закона

1 августа 2013 года в России вступил в силу закон, прозванный «антипиратским» — он был принят Госдумой 21 июня, одобрен Советом Федерации 26 июня и подписан Путиным 2 июля. В прессе документ получил несколько прозвищ — «русская SOPA», «закон против интернета», «закон о произвольных блокировках».

Закон дал правообладателям инструмент против пиратства в сети — по разным оценкам, на тот момент в российском интернете насчитывалось около 2,5 тысячи сайтов, распространяющих нелегальный контент. Механизм был прост: операторы по требованию правообладателей получили возможность блокировать сайты с пиратскими фильмами и сериалами через предварительные обеспечительные меры, введённые в Гражданско-процессуальный кодекс. Рассмотрение заявлений правообладателей было закреплено за Московским городским судом.

Изначальная редакция должна была затронуть не только видеопродукцию, но и музыку, книги и другие объекты авторского права — однако закон был принят в сокращённом варианте, касавшемся только фильмов и сериалов.

Реакция интернет-индустрии была резкой. Яндекс, Рамблер, Mail.ru Group, Google Россия, OZON.RU и Ассоциация интернет-издателей выступили с критикой, указывая на риск злоупотреблений и недобросовестной конкуренции. Юристы обращали внимание на размытость формулировок: новое определение «информационного посредника» в Гражданском кодексе могло относиться к кому угодно — поисковым системам, добросовестным ресурсам и просто пользователям, разместившим где-либо ссылку на спорный контент.

Протест вышел и за пределы юридических заявлений: 2 июля электронные библиотеки «Флибуста», «Куллиб» и «Максима» в знак протеста прекратили работу на сутки — по призыву организации «РосКомСвобода», предложившей устроить забастовку по аналогии с протестами против SOPA и PIPA в США. Петицию против закона, собравшую подписи, тем не менее отклонили в октябре.

К моменту вступления закона в силу в реестр запрещённых ресурсов Роскомнадзора уже попали девять торрент-трекеров — rutor.org, nnm-club.me и другие, по каждому из которых вносился IP-адрес, домен и конкретные страницы с нарушениями. При этом, по данным замминистра связи Алексея Волина, число пользователей, покупающих легальные копии кино и сериалов в интернете, выросло с 6 до 12 миллионов человек.

Закон начинался скромно — только фильмы, только досудебная блокировка по требованию правообладателя. Но механизм, опробованный на пиратских торрентах, уже через год расширили на музыку, книги и программы — и эта логика расширения определила судьбу российского интернет-регулирования на годы вперёд.