4 декабря 2011 года в России прошли выборы в Госдуму — «Единая Россия» набрала официальные 49,5%, потеряв конституционное большинство. Уже на следующий день в графиках ЦИК заметили аномалии: явка 146% в Ростовской области, 129% — в Воронежской. Тысячи роликов с «карусельным» вбросом бюллетеней разошлись по сети, а глава ЦИК Владимир Чуров упорно отрицал любые нарушения.
Реакция началась стихийно: вечером 5 декабря на Чистопрудном бульваре собрались несколько тысяч человек без всякой заявки — там Навальный произнёс речь про «партию жуликов и воров» и получил свои первые 15 суток арестов.
10 декабря на Болотной площади собрались, по разным оценкам, от 25 до 100 тысяч человек — крупнейший протест в Москве за два десятилетия, акции прошли одновременно почти в 100 городах страны. 24 декабря на проспекте Сахарова вышло ещё больше народа — от 30 до 120 тысяч, в зависимости от того, кто считал.
Власть отреагировала быстро: 22 декабря Медведев предложил вернуть прямые выборы губернаторов и упростить регистрацию партий — уступки, которые оппозиция сочла косметическими.
Итоги выборов не отменили, а декабрьский протест, ещё мирный и без единого столкновения с полицией, оказался лишь первой главой куда более жёсткой истории.